К вопросу о еврейской собственности в Украине
/Попытка представления темы/


Иосиф Зисельс
/Киев/

«Не кради;..»
«…Не желай дома ближнего своего;
не желай жены ближнего своего,
ни раба его, ни рабыни его,
ни быка его, ни осла его и
ничего, что у ближнего твоего;..»
Книга «Шмот», 20:13,14.


Введение
Отношение к собственности — один из основных критериев социальной жизни человека, наряду с отношением к Б-гу, к жизни и смерти, к родителям. Все религии в той или иной форме предлагают свое видение одного из краеугольных камней цивилизации, эти взгляды варьируются во времени и пространстве, но суть их сводится к одной простой идее — неприкосновенности собственности.
Вопрос о собственности разделял и продолжает разделять человечество на различные социально-экономические системы. Большинство военных конфликтов в истории человечества произошло из-за собственности, большинство уголовных преступлений связано с посягательством на чужую собственность.
Материальное наследие сложно отделить от духовного, так как неизменно духовная культура реализуется, фиксируется, воспроизводится, сохраняется и передается с помощью материальных носителей. В связи сэтим обстоятельством материальное наследие так же, как и духовное, является неотъемлемым атрибутом культуры народа. Без наследия, без памяти, без истории народ превращается в бессмысленную толпу.
В течение ХХ столетия, в результате войн, революций, массовых репрессий и геноцида большая часть личной и общинной собственности была разрушена, разграблена, незаконно отобрана, и, таким образом, утеряна для владельцев.
В данной работе предпринимается попытка затронуть и обозначить различные аспекты темы бывшей еврейской собственности в Украине и проблемы ее возвращения евреям и еврейским общинам Украины.
Типы собственности
Всю собственность, которая может являться объектом реституции (возвращения), можно классифицировать по нескольким признакам:
Движимое и недвижимое имущество:
Вся недвижимость, принадлежавшая евреям и являющаяся сейчас потенциальным объектом реституции, включает в себя не только жилые дома, но и в первую очередь синагоги, здания приютов, еврейских больниц, учебных заведений, библиотек, архивов, театров, клубов, доходные дома, кладбища, участки земли и др.
Среди движимого имущества необходимо выделить:
- свитки Торы,
- документы, хранившиеся в общинных зданиях и архивах, а также у частных лиц;
- произведения искусства, ритуальные предметы, музейные экспонаты, музыкальные инструменты, мебель, утварь,
- деньги, драгоценные металлы, драгоценные и полудрагоценные камни,
- акции, облигации и др. ценные бумаги, страховые полисы,
- книги, газеты, журналы и др. библиотечное имущество,
Частная и общинная собственность:
Частная собственность — личное имущество евреев и членов их семей, приобретенное, созданное личным трудом, полученное по наследству или в дар.
Под объектами общинной собственности в данном контексте мы понимаем участки земли, здания и сооружения, которые были законно приобретены и/или построены еврейскими общинами, а также получены в виде наследства или подарка или переданные в пользование.
К еврейскому общинному наследию мы также относим культовые предметы, мебель и иное имущество, находившееся в общинных зданиях, произведения искусства, книги и архивные материалы, а также иную собственность, принадлежавшую общинам.
Целью настоящей статьи является описание, прежде всего, категории общинной собственности, т.к. в условиях Украины возвращение частной собственности является намного более сложной задачей, чем реституция общинной собственности.
Собственность, имеющая или не имеющая наследников:
В данном контексте, такое разделение не представляется важным, т.к. подразумевается, что правонаследником любой общинной собственности является еврейская община государства, включая евреев-выходцев из данной страны в лице землячеств или иных объединений. Еще более спорным такой тезис является в применении к частной собственности, которая не имеет прямых наследников.
Собственность, брошенная во время бегства или незаконно отобранная (в т.ч. «законно» через советские постановления о конфискации и национализации):
Данное разделение, в силу обозначенного выше, также не представляется для нас важным.

Исторический аспект
Общая история вопроса


Еще до окончания военных действий в Европе Всемирный Еврейский Конгресс (ВЕК) начал работу по возвращению еврейской собственности и опубликовал исследование д-ра Н.Робинзона по данной теме. В ноябре 1944 года первый президент ВЕКа Нахум Гольдман представил это издание на конференции в Атлантик-Сити.
После ряда переговоров еврейских организаций и государства Израиль с правительством ФРГ канцлер Конрад Аденауер в сентябре 1951 года обратился к бундестагу с предложением создать совместную международную структуру, в задачи которой должно входить рассмотрение и решение проблем компенсаций за утерянное в ходе Второй мировой войны еврейское имущество.
Спустя месяц после выступления канцлера Аденауера в бундестаге д-р Нахум Гольдман собрал в Нью-Йорке совещание 23 основных еврейских национальных и межгосударственных организаций, на котором было принято решение о создании Конференции по еврейским материальным претензиям к Германии (the Claims Conference).
Учредителями Клеймс Конференс стали: Агудат Исроель, Американский еврейский комитет, Американский еврейский конгресс, Американский еврейский распределительный комитет, Американское сионистское движение, Международный Бней Брит, Канадский еврейский конгресс, Центр организаций, переживших Холокост в Израиле, Исполнительный совет австралийских евреев, Еврейское Агентство для Израиля, Всемирный еврейский конгресс, Всемирный совет прогрессивного иудаизма и др. организации.
Президентом новой организации был избран др. Нахум Гольдман, исполнительным секретарем — Сол Кейган.
10 сентября 1952 года между Клеймс Конференс и правительством ФРГ был подписан протокол № 1 о выделении первого транша компенсаций в размере DM 450 миллионов евреям, пережившим Холокост. Правительство Израиля пописало в том же 1952 году с правительством ФРГ отдельный договор на DM 3 млрд.
За 50 лет деятельности Клеймс Конференс получила от ФРГ и распределило между евреями и членами их семей, а также между еврейскими организациями сумму более DM 100 млрд. в виде одноразовых компенсаций для приблизительно 300 тыс. человек и в виде ежемесячных «пенсий» для 130 тысяч переживших Холокост.
СССР решением своего правительства отказался от каких либо компенсаций в пользу Восточной Германии. Данное решение правительства СССР до сих пор не дает возможности выплачивать одноразовые компенсации в размере DM 5000 евреям, пережившим Холокост и проживающим в настоящее время на территории бывшего СССР.
Евреи, эмигрировавшие из постсоветских стран получают указанные компенсации в странах, куда они эмигрировали.
Падение коммунистических режимов в Восточной Европе и СССР дало возможность еврейскому миру при поддержке международной общественности возобновить требования по возвращению еврейской собственности.
В 1992 году на Конференции по еврейским материальным претензиям к Германии была создана Всемирная Еврейская Реституционная организация (ВЕРО), целью которой является координация еврейских реституционных притязаний от имени мирового еврейства и местных еврейских общин в разных странах, ведение переговоров с государственными властями. Создателями (и членами) организациями стали ведущие еврейские организации: Еврейское агентство для Израиля, Всемирная Сионистская Организация, Всемирный Еврейский Конгресс, Джойнт, Бней Брит, Американское общество евреев, переживших катастрофу, и Центр организаций, переживших Катастрофу в Израиле. ВЕРО была зарегистрирована в Израиле как некоммерческая организация и официально начала свою деятельность в апреле 1993 года. Особенно важно подчеркнуть наличие в числе соучредителей ВЕРО организаций выходцев из стран Восточной Европы, т.к. именно они, наряду с местной общиной, обладают условным правом на получение собственности и компенсаций.
Председателем совета ВЕРО был избран Президент Всемирного Еврейского Конгресса г-н Эдгар Бронфман (позже, в 1997 году сопредседателем ВЕРО был также избран д-р Авраам Бург, который в то время был Председателем правления Всемирного еврейского агентства — Сохнут). Эдгар Бронфман в ноябре 1992 года подписал меморандум с министром финансов Израиля Авраамом Шохатом. Меморандум подчеркивал заинтересованность Государства Израиль в реституции еврейской собственности. В нем было отмечено, что Израиль считает себя единственным наследником еврейской собственности в Центральной и Восточной Европе, как общинной, так и частной. Указанный документ полностью игнорировал современные местные еврейские общины (прямых наследников имущества). Несмотря на это, ВЕРО также заключила договора с местными еврейскими общинами с целью координации усилий по реституции.
Предпринимаемые действия по процессу реституции получили официальную поддержку со стороны правительства Соединенных Штатов Америки и Израиля, что было заявлено Государственным Секретарем Госдепартамента США Уорреном М. Кристофером на встрече с руководством Всемирного Еврейского Конгресса 7 февраля 1994 года, а также в резолюции, принятой Кнессетом 21 декабря 1994 года.
В апреле 1995 года лидеры конгресса США призвали правительства государств Восточной Европы принять во внимание требования еврейских общин. В письме восьми сенаторов Уоррену М.Кристоферу от 10 апреля 1995 года (Приложение 1) отмечено, что политика США заключается во введении в действие в данных государствах закона, обеспечивающего реституцию имущества, конфискованного нацистским или коммунистическим режимами, или компенсацию. «Необходимо пояснить для вовлеченных стран — говорится в письме — что их ответ по данному вопросу будет рассматриваться как проверка их отношения к основным правам человека и ведущей роли закона, а также может иметь практические последствия для их отношений с нашей страной».
Еще до этого обращения в некоторых странах Восточной Европы были приняты законодательные акты, связанные с возвращением утраченной собственности. В 1991 году был принят закон о реституции личного имущества в Чехии (в 1994 году в него были внесены поправки).
К 1992 году относится постановление правительства Болгарии (принятое тремя законами в период между декабрем 1991 и февралем 1992 года).
В 1993 году решением Конституционного Суда было предусмотрено проведение компенсации за конфискацию еврейской собственности в Венгрии, а также принят закон о возвращении еврейского и др. религиозного общинного имущества в Словакии.
Законы Латвии и Литвы предусматривают возвращение только религиозных сооружений.
Преградой для удовлетворения требований по возвращению частной собственности в некоторых странах стало гражданство претендентов. Закон позволяет требовать возвращения собственности только лицам, имеющим гражданство этих стран или, по крайней мере, проживающим в соответствующих государствах.
Особое положение возникло в Польше из-за огромного количества объектов, подлежащих возвращению. После долгих дискуссий, с участием международных объединений евреев-выходцев из Польши и ВЕРО, в 1999 году был принят закон о реституции.
Непростые отношения складываются в процессе реституции у ВЕРО с общинами Восточной Европы. ВЕРО разработало и предложило общинам посткоммунистических стран модель взаимодействия в процессе переговоров с властью по вопросам реституции. На паритетных условиях создается фонд, учредителями которого являются, с одной стороны, местная община в лице «крышевой» организации, с другой стороны, — ВЕРО, т.к. эта организация представляет в вопросах реституции еврейский мир и, в частности, организации выходцев из указанных стран. Именно этот фонд ведет переговоры с правительством конкретной страны, лоббирует принятие закона о реституции, подписывает договора и графики возвращения собственности, финансирует из средств международных организаций подготовительные работы и, впоследствии, ремонт и реставрацию возвращаемой собственности.
Не все общины стран Восточной Европы подписали соответствующие соглашения с ВЕРО. Например, община Чехии не подписала такое соглашение, отказалась от закона о реституции общинной собственности, но заключила соглашение с правительством Чехии о возвращении 200 зданий, прежде принадлежавших еврейским общинам. Конфликт между общиной Чехии и ВЕРО продолжается до сих пор в смягченном виде, т.к. правительство Чехии за десять лет еще не выполнило своих обязательств, а ВЕРО, не имея соглашения с местной общиной, не может оказывать полноценное давление на чешские власти в этом вопросе. Даже после заключения соглашений с ВЕРО, т.к. речь идет о непростых категориях собственности, у участников соглашений имеются разногласия и разночтения.
В сентябре 1995 года в ВЕРО Эдгару Бронфману было направлено письмо президента Соединенных Штатов Билла Клинтона (Приложение 2), свидетельствующее о том большом значении, которое придает правительство США процессу реституции еврейской собственности, который трактуется как восстановление справедливости. В письме говорится о том, что послу Стюарту Айзенштадту было дано особое поручение содействовать в решении этой задачи.
На десятой Пленарной Ассамблее Всемирного Еврейского Конгресса, состоявшейся в Иерусалиме в январе 1996 года, посол Стюарт Айзенштадт выступил с докладом о результатах своей поездки (миссии) по странам Восточной Европы, во время которой состоялись встречи с официальными лицами правительств данных стран. Господин Айзенштадт побывал во время указанной поездки и в Украине, где провел ряд встреч, в том числе и с автором настоящих заметок.
Основное внимание в докладе уделялось общинной собственности, где были отмечены некоторые успехи. Наиболее трудным было признано решение вопроса о частной собственности.
11 декабря 1995 года Европейским Парламентом была принята резолюция (В4-1493/95) по возвращению разграбленной собственности еврейским общинам (Приложение 3) с призывом «ко всем странам Центральной и Восточной Европы, которые еще не сделали этого, принять соответствующее законодательство о возвращении собственности, разграбленной коммунистами или нацистами и их сообщниками, ее законным владельцам». Резолюция была направлена Совету Европы, правительствам и парламентам стран-участников Совета Европы и странам, подавшим заявление на вступление в Европейское Сообщество.
1 сентября 1997 года в Базеле на заседании Генерального совета Европейского еврейского конгресса была принята резолюция в поддержку решения Европарламента.
Исторический аспект в Украине
Летом 1993 года во время встречи в Киеве между президентами Украины — Леонидом Кравчуком и Всемирного Еврейского Конгресса — Эдгаром Бронфманом была достигнута предварительная договоренность о начале процесса реституции в обмен на инвестиции в Украину. Договоренности не были выполнены.
Тогда же, 1 июля 1993 года был составлен Меморандум-соглашение между ВЕРО и представителями еврейских организаций и общин Украины о совместных действиях по вопросу реституции (Приложение 4). Меморандум подписали: от ВЕРО Исраель Зингер и Ави Бекер, от Украины — Илья Левитас и Иосиф Зисельс.
В продолжение указанного соглашения, в начале 1994 года был подписан договор между ВЕРО и Ваадом Украины о совместной деятельности по описанию и возвращению еврейской общинной собственности, который действует и сегодня. В части возвращения собственности в договоре было указано, что в случае возвращения собственности будет создан специальный фонд, в правлении которого еврейская община Украины будет иметь право вето при решении вопросов о судьбе возвращаемой собственности.
В 1995 и начале 1996 года проводились переговоры о реституции еврейской общинной собственности между украинским вице-премьер-министром Иваном Курасом и представителем WJRO послом Нафтали Лави. Иван Курас собирался в январе 1996 года на Ассамблее Всемирного еврейского конгресса в Иерусалиме объявить о готовности Украины проводить реституцию, но в последний момент отказался от задуманного по болезни.
На протяжении последних восьми лет Ваадом Украины и другими организациями в письменной форме несколько раз поднимался вопрос о реституции перед Администрацией Президента Украины, комиссиями Парламента Украины, Кабинетом Министров Украины, Фондом госимущества Украины, Министерством культуры и искусств Украины. Ответы на эти письма были негативные или не получены вовсе.
В мае 1997 года и также осенью во время личных встреч Президент Украины Леонид Кучма обещал лидерам еврейских организаций США (Исраелю Зингеру и другим) создать совместную комиссию между правительством Украины и еврейской общиной Украины для изучения проблемы реституции. До сих пор указанное обещание не выполнено.
Юридический аспект
Перечень нормативных актов Украины, имеющих отношение к возвращению частным лицам и религиозным общинам различного имущества и соответствующие комментарии (Приложения 5– 9).
- Постановление Совета Министров УССР № 83 от 5 апреля 1991 года «О перечне памятников архитектуры, которые не подлежат возвращению в постоянное использование религиозным организациям» (с изменениями и дополнениями) — утратило силу с 14.02.02;
- Закон Украины «О реабилитации жертв политических репрессий» (от 17.04.91 с изменениями и дополнениями);
- Закон Украины «О свободе совести и религиозных организациях» (от 23.04.91 с изменениями и дополнениями) (ст.17);
- Указ Президента Украины № 125 от 04.03.92 «О мерах по возвращению религиозным организациям культового имущества»;
- «Положение о порядке выплаты компенсаций, возвращении имущества или компенсации его стоимости реабилитированным» в редакции, утвержденной Постановлением КМУ № 112 от 18.02.93 г.;
- Распоряжение Президента Украины № 53/94-рп «О возвращении религиозным организациям культового имущества» от 22.06.94 г.;
- Распоряжение КМУ № 357-р от 16.06.95 «О передаче религиозным организациям культовых сооружений, в которых располагаются государственные архивы;
- Распоряжение КМУ № 290-р от 07.05.98 «Обеспечение поэтапного возвращения религиозным организациям культовых сооружений, которые не используются или используются не по назначению»;
- Распоряжение КМУ № 137 от 14.02.02 «Об условиях передачи культовых сооружений — выдающихся памятников архитектуры религиозным организациям»;
В марте 1992 года Президент Украины Леонид Кравчук издал Указ о возвращении культового имущества, используемого не по назначению. Такое имущество местные власти, в чьем владении или управлении данное имущество находилось, должны были до 31 декабря 1997 года вернуть его религиозным общинам. Возвращенное имущество могло быть использовано только по назначению, т.е. для отправления религиозных обрядов и культов. Указ был дважды продлен и действует по настоящий день, т.к. местные власти практически не обратили никакого внимания на его содержание и направленность, не обеспечили возвращения религиозным общинам культового имущества, используемого не по назначению, и даже не составили требуемые перечни религиозных зданий и сооружений, используемых не по назначению.
За десять лет действия этих нормативных актов религиозным еврейским общинам Украины было передано только около 40 зданий бывших синагог из нескольких сотен известных нам в настоящее время, т.е. около 10%. Вместе с действовавшими в советское время синагогами это составляет общую цифру около 50 зданий синагог. В то же время в соответствии с Законом Украины «О свободе совести и религиозных организациях» в стране зарегистрировано более 140 религиозных еврейских организаций, что означает, что около 100 общин не имеют в собственности или пользовании соответствующих зданий.
С вступлением в 1995 году в силу Закона Украины «О приватизации» возникла угроза приватизации зданий, прежде принадлежавшим еврейским общинам, в том числе и синагог. Так как в бывших зданиях синагог в советское время располагались различные местные учреждения, предприятия, спортивные залы и т.п., то при приватизации указанных учреждений приватизировались и здания. Местные советы или исполнительные органы, которые давали разрешение на приватизацию того или иного объекта, не утруждали себя архивным поиском по вопросу принадлежности в прошлом данного здания религиозной общине.
Нам известны около 10 объектов бывшей еврейской общинной собственности (например, здание самой старой синагоги в г.Черновцы по ул. Барбюса), которые были указанным образом приватизированы, и существуют серьезные дополнительные проблемы попыток их возвращения еврейским общинам. Несмотря на те обстоятельства, что указанные незаконные приватизации находились в противоречии с вышеуказанными нормативными актами, нам представляется весьма сложной процедурой судебное рассмотрение по вопросу изменения их форм собственности.
Действующие законодательные акты, по нашему мнению, не дают возможности на современном этапе поднимать вопросы о бесплатном возвращении религиозным общинам культовых сооружений, которые были приватизированы. Утверждение соответствующего нормативного акта противоречило бы Конституции Украины, Закону Украины «О собственности», Гражданскому кодексу УССР, и целому ряду международных договоров, которые ратифицированы Верховной Радой и являются частью национального законодательства, т.к. новые владельцы являются добросовестными приобретателями.
Зарегистрированные на настоящий момент в Верховной Раде Украины законопроекты также не предусматривают прямую возможность возвращения национальным общинам имущества, незаконно изъятого (конфискованного, национализированного) во время советской власти. Не планируется никаких изменений и в отношении порядка возвращения имущества репрессированным гражданам.
Определенные изменения возможны в отношении порядка возвращения культового имущества религиозным организациям. Так, в Верховной Раде зарегистрировано 4 законопроекта «О внесении изменений к Закону Украины «О свободе совести и религиозных организациях». В действительности, все они являются полными новыми редакциями указанного закона, и в частности, отличаются процедурой возвращения культового имущества религиозным организациям.
Еще хуже обстоит дело с нерелигиозным общинным имуществом, возвращение которого не регламентируется никакими нормативными актами, в то время как в Западной Украине имеются сотни зданий и сооружений, не говоря уже об участках земли, кладбищах и т.п. объектах, которые не могут быть отнесены к категории религиозного или культового имущества.
В 1998 году, по инициативе Ваада Украины, группа из руководителей 17 национальных общин Украины обратилась к Президенту Украины Леониду Кучме и к Председателю комиссии Верховной Рады по правам человека, национальных меньшинств и межнациональных отношений Геннадию Удовенко с просьбой разработать и ввести в действие мораторий на приватизацию имущества, прежде принадлежавшего национальным общинам. В результате, соответствующий документ появился на свет только в 2000 году и запрещает он приватизацию только объектов культового характера.
Таким образом, ни действующие нормативные акты, ни зарегистрированные законопроекты не дают возможности в полном объеме гарантировать справедливое право национальной общины на возвращение утерянного имущества. С этой целью необходимо разработать отдельный общий законопроект, направленный на возвращение общине всего конфискованного (национализированного) имущества независимо от его современного статуса. В качестве примеров целесообразно взять законы, утвержденные в последнее десятилетие в других странах Восточной Европы. С целью согласования необходимой процедуры с Конституцией Украины и принципами справедливости, предлагается заложить в создаваемый законопроект два ключевых момента:
1. Имущество, которое находится в государственной или муниципальной собственности должно быть возвращено бесплатно.
2. Имущество, которое было приватизировано, государство обязано выкупить у нынешних владельцев по приемлемой для обеих сторон цене (или по цене на момент приватизации) и бесплатно передать общине, т.к. именно государство несет ответственность за совершенное ранее беззаконие (при этом объективно представляется практически невозможным получение гражданами или общинами от государства компенсации за уничтоженное имущество).
В общем же при условии использования внешнеполитического давления со стороны международных структур и лоббистских возможностей внутри парламента принятие такого законодательного акта представляется вполне возможным.
ключение вопроса о реституции в круг вопросов,
связанных с правами человека
За последние 10 лет существенно дополнилась концепция прав человека, сформулированная первоначально во Всеобщей декларации прав человека, принятой на Генеральной Ассамблее ООН в 1948 году. Указанная декларация строилась на концепции индивидуальных прав человека и никак не затрагивала корпоративные права, в частности права религиозных и национальных групп.
После крушения коммунистических режимов и распада советской империи концепция прав человека существенно дополнилась. Именно в 90-е годы был принят ряд международных документов, регламентирующих права национальных и религиозных групп. Естественно, создатели новой дополненной концепции прав человека, не могли не обратить внимание на такой существенный фактор как право национальных и религиозных групп на собственность. Не случайно, приведенные выше документы американских сенаторов, Президента США и Европарламента в своих призывах и решениях, обращенных к странам Восточной Европы и бывшего СССР, по поводу реституции собственности, основываются на новой концепции прав человека, в том числе и на праве общины на возвращение незаконно изъятой собственности.
В применение к странам бывшего СССР, в последние годы, эта проблема сконцентрировалась вокруг широко известной, но мало понимаемой Поправки Джексона-Вейника. Данная поправка была принята Конгрессом США в 1975 году. Смысл ее в то время заключался в том, что страны коммунистического блока лишались статуса наибольшего благоприятствования в торговле с США из-за многочисленных нарушений прав человека, в частности права на свободу передвижения, т.е. в применении к СССР — на свободу эмиграции и репатриации. Понятно, что в большей степени в то время это касалось евреев, хотя поправка носила и тогда более широкий и универсальный характер. За прошедшие более чем 20 лет даже среди многих дипломатов и юристов-международников (в основном в постсоветских странах) возник устойчивый и весьма распространенный стереотип, что данная поправка связана исключительно с еврейской эмиграцией, что неверно по определению.
Поскольку указанная поправка связывала предоставление статуса наибольшего благоприятствования в торговле с соблюдением прав человека в ряде стран, то вполне логично, что при расширении концепции прав человека указанная поправка в настоящее время связана с более широким спектром прав, чем 27 лет тому назад.
С начала 90-х годов в отношении большинства стран бывшего СССР указанная поправка не действует, но и не отменена окончательно. Действует в годовом режиме мораторий на ее применение и поэтому власти постсоветских стран должны каждый год обращаться к американским властям с просьбой о продлении действия моратория еще на год.
Желание освободиться от поправки является не самоцелью, но средством к вступлению стран в Международную организацию торговли, что влечет за собой целый ряд налоговых и таможенных льгот. Именно к этому стремятся все страны, включая постсоветские.
Таким образом, становится понятным для любого непредубежденного человека, что отмена «Поправки Джексона-Вейника» в настоящее время прямо связана вовсе не с правом на свободу передвижения, слава Б-гу, это право ничем не лимитировано в постсоветских странах, что привело за последние 13 лет к сокращению численности еврейских общин указанных стран в 2-3 раза. И Белый дом, и Госдепартамент США, и Конгресс в настоящее время связывают отмену поправки исключительно с реституцией общинной собственности. Понятно, что данная современная интерпретация отмены поправки раздражает, прежде всего, те страны, где сконцентрирована бывшая еврейская собственность. Хоть в чем-то, но Украина вышла на первое место среди таких стран в вопросе невозвращенной общинной и религиозной собственности.
В свете всего сказанного выше удивляет позиция некоторых еврейских общественных и религиозных лидеров в странах СНГ, которые то ли по незнанию, то ли из излишнего рвения угодить власти обращаются к американским властям с прошениями об отмене данной поправки. Один из известных, но номинальных, еврейских лидеров, подписавших такое обращение, уверял автора настоящей статьи, что в отношении Украины поправка будет отменена еще до конца 2001 года.
Надо заметить, что после 11 сентября американский президент, как это часто с ним бывает, погорячился и пообещал, что для стран поддержавших его антитеррористическую политику, поправка будет вскоре отменена. Но как оказалось, вопрос отмены поправки оказался очень сложным даже для России, в отношении же Украины проблемы, стоящие перед отменой поправки, на порядок выше, т.к. в России практически нет еврейской общинной собственности.
Конечно же, еврейская община заинтересована в скорейшей отмене «Поправки Джексона-Вейника» для Украины, но не менее того она заинтересована и в реституции общинной собственности. Возвращение общинной собственности — это не только акт исторической справедливости, это и путь к самостоятельности общины, к ее независимости и суверенитету в самом широком смысле этого термина. На примере Чехии, Венгрии и Словакии мы видим, как буквально расцветает община, которой возвращена даже часть собственности. Община перестает быть «попрошайкой» у международных еврейских организаций, в настоящее время в постсоветских странах финансирующих и, тем самым, контролирующих до 90% общинной деятельности, включая такие важные аспекты жизни общины, как образование, социальная защита, работа с молодежью, научные исследования и т.п. Наши еврейские лидеры не могут даже представить себе, что в Восточной Европе Джойнт и Сохнут уже практически не работают, а всю необходимую работу осуществляет сама община и за свои средства.
Возвращение собственности приводит к оздоровлению морального климата в общине, к рождению нового поколения лидеров, не просителей и иждивенцев, но активных и самостоятельных менеджеров с чувством собственного достоинства.
Возвращение общинной собственности приводит, что еще более важно, к оздоровлению морального климата в государстве и обществе, к возвращению к естественной и универсальной системе общечеловеческих ценностей.
И, наконец, возвращение собственности восстанавливает доверие мира к стране, которая разделяет отношение современного мира к собственности и тем самым берет на себя обязательство и впредь не нарушать священного права неприкосновенности собственности. Только в таком случае резко улучшается инвестиционный климат в стране, и страна начинает активно участвовать в международной экономической деятельности. Примеры наших соседей в Восточной Европе, где международные инвестиции на каждого гражданина на один-два порядка выше, чем у нас, свидетельствуют однозначно о благотворном воздействии возвращения собственности на экономику и моральный климат в обществе.
Аспект правонаследования
С сугубо юридической точки зрения представляется достаточно спорным принцип правонаследования современных религиозных и национальных общин при рассмотрении проблемы возвращения незаконно изъятой (конфискованной, национализированной) или утерянной в процессе эвакуации или бегства собственности. Исключением, бесспорным в юридическом смысле, являются достаточно редкие случаи прямого родства современных претендентов и тех физических лиц, кому принадлежала указанная собственность. Но даже в таких очевидных с точки зрения права случаях возникает масса технических, документальных и моральных проблем.
С другой стороны, совершенно очевидно, что такие явления как революции или Вторая мировая война, репрессии тоталитарного режима и геноцид во время Холокоста не могут быть предусмотрены никакой государственной юридической системой и в таких случаях человечество должно искать решения множества возникших проблем, в том числе и юридических, на основе общечеловеческих ценностей и гражданского консенсуса.
Только в редких случаях, в основном на Западной Украине, возрожденные религиозные общины, включали в себя членов, которые пользовались данным культовым имуществом в аналогичной религиозной общине ранее, до ее насильственного упразднения советской властью. При условии сохранения новой общиной субконфессионального направления религиозной деятельности можно говорить о факте общинного правонаследования.
В большинстве же случаев синагоги возвращались новым общинам, никак не связанным с прежними владельцами. Например, известно, что реформистские общины существовали только на территории Западной Украины до начала Второй мировой войны. В настоящее же время, в Украине ряд реформистских общин получили в пользование от местной власти здания бывших синагог (например, в Керчи и Евпатории), хотя по архивным документам никак не следует, что в данной синагоге когда-либо существовали реформистские общины. Аналогично, проблема общинного правонаследования проявляется и в случае, когда на месте миснагдимской общины возникает хасидская, не говоря уже о том, что хасидских направлений в иудаизме не меньше 50.
В ряде случаев возможны претензии на одно и то же помещение со стороны разных общин, имеющих весьма слабое отношение к прежним общинам, и в таких случаях возникают конфликты в общинах (например, в Евпатории), для разрешения которых нет нормативной базы. Все решает фактор «дружбы» общин с местной властью, что в условиях коррумпированности чиновников решается известным образом.
Известно, что проблема правонаследования возникла и в известном случае с фондом, созданным под давлением еврейской и мировой общественности швейцарскими банками и швейцарским правительством. Нью-Йоркский суд, который рассматривал претензии 500 тысяч людей, переживших Холокост, столкнувшись с аналогичными проблемами, пошел по пути представительного иска, когда рассматриваются не индивидуальные претензии, (это было бы просто невозможно), но все претендующие на компенсации разделяются на ограниченное количество групп, и каждая группа получает определенный вид индивидуальных компенсаций. В случае с Вторым Швейцарским фондом таких еврейских групп было четыре:
1. Наследники «спящих счетов» в швейцарских банках (более 50 тысяч возможных счетов);
2. Те, кто был лишен возможности бежать во времена фашизма в Швейцарию из-за соответствующей позиции швейцарских властей, а также их наследники;
3. Узники гетто и концлагерей;
4. Те, кто потерял свое имущество при бегстве от наступающей немецкой армии или армий союзников Германии;
Несмотря на множество людей, недовольных решением Нью-Йоркского суда (судья Джуда Грибец и судья Корман) данное решение, особенно в условиях ограниченности средств фонда выглядит единственно возможным, несмотря на свой «сомнительный» юридический характер. Следует заметить, что проблема распределения средств Швейцарского фонда была передана в Нью-Йорк именно потому, что в законодательстве США существует возможность рассмотрения представительного иска.
Таким образом, решение Нью-Йоркского суда создало международный прецедент (далеко не во всех странах существует прецедентное право) «относительного правонаследования», когда нет прямой связи между людьми, потерявшими имущество, самим имуществом, и теми людьми, кто претендует на получение данного имущества или на соответствующие компенсации.
Аналогично, но не так очевидно, поступает на протяжении вот уже 50 лет Клеймс Конференс, которая выделяет средства не только людям, пережившим Холокост, но и различным еврейским организациям, занимающимся исследовательскими или образовательными проектами, прямо или косвенно связанными с Холокостом.
Иной пример «относительного правонаследования», который гораздо ближе нам: более 100 млн. долларов, которые получил за последние годы Джойнт от Клеймс Конференс на создание и поддержание системы «Хесед» были выделены правительством Германии в качестве компенсации за эксплуатацию еврейской общинной собственности в Восточной Германии. Более 200 тысяч клиентов системы «Хесед», естественно, никак ни в прошлом, ни в настоящем не связаны с указанной собственностью в Восточной Германии, тем не менее, именно они пользуются данным видом компенсаций.
Из всего вышесказанного следует, что, несмотря на указанный комплекс проблем правонаследования утерянного имущества, основным получателем имущества и компенсаций является еврейский мир в лице нескольких межгосударственных организаций. Указанные организации вполне произвольно, не без влияния лоббирующих факторов иных организаций, использующих огромные средства, распределяют их практически без общественного контроля. Не случайно, в последние годы в еврейской прессе появился ряд статей, критикующих общие и частные аспекты такого распределения и использования средств.
Иные аспекты и проблемы реституции
Если в середине 90-х годов мы отмечали интерес и высокую активность ВЕРО и других организаций по отношению к вопросу реституции в постсоветских странах, то в последние годы и интерес, и активность несколько уменьшились. Прежде всего, это связано с тем, что еврейский мир сосредоточил свои усилия на швейцарских банках, но есть и иные причины.
Оказалось, что постсоветские страны не готовы к диалогу с цивилизованным миром по проблемам возвращения собственности. Слишком долго и мощно разрушались в указанных странах нравственные общечеловеческие категории, в том числе и категория собственности. Новым хозяевам чужой собственности невозможно смириться с мыслью, что собственность чужая, отобрана у законных хозяев во время репрессий и геноцида, что владение краденым имуществом по всем цивилизованным нормам такое же преступление, как и собственно воровство и т.д. И речь в данном случае идет не о маргинальных слоях общества, но о доминирующей психологии всего общества, включая политическую «элиту».
Наших коллег из ВЕРО смущает также то обстоятельство, что в отличие от Восточной Европы, где основная собственность у еврейских общин была изъята в эпоху Холокоста, и современные правительства данных стран никак не являются преемниками правительств-союзников Гитлера, в постсоветских странах основная общинная собственность была изъята советской властью в 20-30-е годы (в Западной Украине, Западной Беларуси, Балтии и Молдове — в 40-е). Так как ни коммунистический режим, ни советская имперская система, в отличие от Германии не прошли очистительного пламени Нюрнбергского процесса, наше общество, в отличие от немецкого, не пережило соответствующий катарсис отторжения от своего бесчеловечного прошлого, то нынешние власть и общество являются приемниками советских.
Имущество приходится требовать не у новой власти, но у преемников прежней, когда многие из тех, кто служил верой и правдой советской системе, до сих пор у власти, или у власти их прямые наследники. Понятно, что данное обстоятельство способно смутить и тех, кто победил швейцарские банки.
При размышлении над особенностями судьбы общинной собственности на территории бывшего СССР, трудно удержаться от соблазна выдвинуть в качестве рабочей гипотезы следующий тезис. В свете того, что многие международные документы оперируют термином «утерянная собственность эпохи Холокоста», причем вина за утерю собственности возлагается на нацистскую Германию и страны, которые были ее союзниками в период Второй мировой войны, необходимо вспомнить, что Пакт Риббентропа-Молотова и секретные протоколы к нему документально зафиксировали союзнические отношения между Германией и СССР в период между августом 1939 года и 22 июня 1941 года. Вряд ли кто-то сомневается, что в отсутствии указанного документа и соответствующих отношений и соглашений вся история указанного периода выглядела бы совершенно иначе, включая и Холокост. История, как любят повторять, не знает условного наклонения, но факт союзничества двух тоталитарных империй в указанный период ни у кого не вызывает сомнений. Остальное — дело международной юридической теории и практики. По нашему мнению, часть ответственности за судьбу еврейской общинной собственности эпохи Холокоста, пропавшей в указанный период Второй мировой войны, можно вполне обоснованно возложить на СССР.
Иной аспект сложной проблематики — это неофициальная позиция израильского истеблишмента, который играет значительную роль в ВЕРО. Данная точка зрения абсурдна, но, тем не менее, существует и влияет на активность ВЕРО. Считается, что процесс реституции в постсоветских странах может существенно ограничить, если не остановить репатриацию евреев из этих стран в Израиль. Не так потому, что евреи, получив общинную собственность, передумают эмигрировать, как вследствие того, что попытки вернуть утраченную собственность, по мнению израильтян, вызовут вспышки антисемитизма, в том числе и у власти, и та в своем антисемитском порыве ограничит право на эмиграцию.
С абсурдной точкой зрения сложно спорить, т.к. она базируется не на логике, а на эмоциях. Сейчас, когда репатриация в Израиль вследствие интифады снизилась за три года в три-четыре раза, когда не только маргинальные украинские газеты, но и «солидный» журнал «Персонал», за которым стоит весомая часть украинской политической и экономической элиты, из номера в номер печатает десятки антисемитских и антиизраильских статей, особенно очевиден абсурд указанного предположения. Автору настоящей статьи ближе иная точка зрения, что антисемитизм, впрочем, как и эмиграция, зависят от более общих и системных факторов в государстве и обществе. Антисемитизм был, есть и будет всегда, пока есть евреи, но выбор следует делать между двумя возможными реальностями: антисемитизм без возвращения собственности или антисемитизм и возвращение собственности. Пример стран Восточной Европы показывает, что даже в более цивилизованных условиях процесс реституции протекает со многими проблемами и с некоторым оживлением антисемитизма, но государство и сильная община (а община с собственностью — это сильная община) вполне в состоянии справиться с указанными проблемами.
Следующий аспект, усложняющий процесс реституции общинной собственности, — это то обстоятельство, что советская власть незаконно отняла собственность не только у евреев и еврейских общин. В Украине, по предварительным оценкам, собственность была отнята у 16 общин. Особенно драматично ситуация с реституцией выглядит в Западной Украине, где огромная часть собственности, наряду с еврейскими, имеет польские, венгерские, чешские, румынские и словацкие корни. Данное обстоятельство весьма существенно влияет на решение проблемы реституции, но оно ни в коем случае не должно обескураживать. К конкретным обстоятельствам должна быть разработана и применена соответствующая тактика реституции. Выше уже упоминалось о скоординированной акции лоббирования моратория на приватизацию общинного имущества, которая увенчалась частичным успехом. Впереди следующая акция лоббирования аналогичного моратория на приватизацию земельных участков, которые прежде принадлежали национальным и религиозным общинам.
В процессе реституции также необходимо учитывать то обстоятельство, что правонаследниками общинного имущества, подлежащего возвращению, являются не только возродившиеся общины на территории Украины, но и евреи, эмигрировавшие из Украины, в лице землячеств и иных организаций их объединяющих. С аналогичными проблемами столкнулись еврейские общины Восточной Европы в 90-е годы, и в каждом случае находилось непростое компромиссное решение. Например, в Польше после принятия закона о реституции общинной собственности было подписано соглашение между местной небольшой общиной и организациями, объединяющими евреев-выходцев из Польши, которых по всему миру насчитывается до миллиона человек.
Далее