6

 

Понять ДРУГОГО (интервью с Ю. Смилянской)

Трагическая история Анны Франк – один из символов Холокоста, в особом представлении не нуждается. Дневник Анны, ставший «вторым Нюренбергским процессом», открывший человечеству не мнение историков, а сердце подроста, чья судьба была переломана безжалостным колесом истории, необыкновенно популярен сегодня. В убежище, где два года девочка скрывалась от нацистов, после войны был открыт музей Анны Франк. Туда всегда стоит очередь…
Постепенно музей разросся в огромную Фундацию «Anne Frank House», просветительскую организацию, прилагающую массу усилий для воспитания толерантности… В какой-то момент стало ясно, что всех желающих эта крохотная комнатка-мемориал принять не сможет. Так родилась идея выставки «Анна Франк – урок истории». Экспозиция демонстрировалась в городах Германии и Австрии, затем были страны Балтии, Югославия…  
Более трех лет выставка, подготовленная «Anne Frank House» и дополненная Украинским Центром изучения истории Холокоста материалами о еврейских детях Украины – жертвах Холокоста, путешествует по украинским городам. В 2004-м директор Института иудаики Леонид Финберг инициировал новый проект. Судьба Анны Франк – это история Холокоста, история крайней точки падения человечества. Институт в сотрудничестве с Фундацией подготовили альтернативную экспозицию. Экспозицию о высших взлетах человеческого духа, о людях, вся жизнь которых стала образцом толерантности, взаимопонимания, служения человечеству и человечности.
Международный проект «Воспитание Толерантности на примерах истории Холокоста» включает не только демонстрацию выставок. Это и семинары для учителей истории в каждом городе, в который приезжает экспозиция, а главное – это подготовка школьников-экскурсоводов – ровесников Анны Франк, которые, пропустив через сердце и душу ее дневник, рассказывают своим ровесникам, а иногда – учителям, родителям, журналистам и просто взрослым гостям выставки, о нацизме и Холокосте, о необходимости борьбы с любыми «фобиями»…   
На сегодняшний день выставка «Истоки толерантности», посетила уже 10 городов Украины. О целях экспозиции, ее материальном и нравственном наполнении, наш разговор с куратором проекта – Юлией Смилянской.

- Юлия, проблема толерантности не проста для понимания и взрослого человека. Как удается донести до подростков идеи, заложенные в экспозиции?
- Это действительно непросто. Если выставку «Анна Франк – урок истории» готовили методисты, привыкшие работать со школьниками, то «Истоки…» сделаны интеллектуалами для интеллектуалов. Адаптировать экспозицию к подросткам было безумно сложно. Но… дорогу осилит идущий.
Для начала мы сформулировали задачу. И стало ясно, что Факты – безусловно, важная вещь, но если эта выставка станет очередным набором информации – она вообще не нужна. Мы должны заставить подростка задуматься, поставить перед собой какие-то вопросы. Собственно, это восходит к иудейской традиции, где научить ребенка – это научить его задавать вопросы. И это главная цель экспозиции – побудить юного человека задуматься может ли он что-то сделать для понимания другого, и как это сделать.
Следующий шаг – попытка отобрать материал, который подросткам кажется важным и интересным. Ребята работают в группах, отбирают какие-то факты, спорят… После этого готовят свои презентации. Обычно получается что-то типа ответов на уроках. И тогда начинается работа над пониманием, осознанием и подачей материала.
Для начала мы разбиваем ребят на группы, каждая из которых получает статью из Декларации прав человека и лист ватмана, на котором надо изобразить содержание этой статьи. Потом лист передается соседней группе, которая должна разобраться, что имелось в виду и дорисовать что-то от себя. Через несколько шагов (и через несколько минут, поскольку на изображение дается 2-3 минуты) каждая группа получает лист, с которого они начинали. И теперь им надо прокомментировать выполненное всеми изображение. Это простое и очень веселое упражнение заставляет проделать целый ряд очень полезных действий. Начнем с того, что все по несколько раз перечитывают декларацию. Причем очень мотивировано! Надо понять, какую статью изобразила предыдущая группа! Так понимается первый принцип – информация, которую вы передаете людям, они должны хотеть получить.
Второй принцип – чтобы передать информацию – надо хорошо разобраться, о чем идет речь, а затем изложить – ясно и просто. Так, чтобы вас поняли. А потом надо понять других. А потом принять то, что нарисовали другие и прокомментировать уже как свое…  Главный принцип подготовки материала для своей индивидуальной экскурсии – отбери материал, который тебя заинтересовал, вникни в суть, изложи просто и доступно… И сделай так, чтобы тебя захотели понять.

- И как это достигается в рамках экскурсии?
- Мы стараемся исключить всяческую дидактику, зато у нас много вопросов, диалогов и споров. К примеру, задается вопрос: толерантный человек в вашем понимании – это кто? Каждый дает определенный набор разных качеств, после чего экскурсовод подытоживает: вы все, говоря об одном и том же понятии, имели в виду нечто другое. Почему? Да потому что все мы разные. А толерантность – это и есть признание права каждого на его инакость и самобытность. Далеко не тривиальная истина для наших школьников и вообще, для бывшего «советского» человека. У нас ведь «не такой, как все» – это почти оскорбление. Должно, наконец, прийти понимание, что это нормально – быть индивидуальностью, не таким как все.

- Насколько я знаю, именно Личность находится в центре экспозиции…
- Да, мы представляем Личности, и иногда возвращаем имена, которыми жители нашей страны должны бы гордиться.
Первые лица на выставке. Отец и сын Глаголевы. Да, тот самый отец Александр, к которому приходит Алексей Турбин, чтобы спросить, как жить дальше. А у Булгакова нет случайных деталей. Раз Турбин идет именно в церковь Николы Доброго, значит – когда в Киеве кому-либо надо было понять, как жить дальше – шли к отцу Александру. Когда отмечали 30-летие ученой деятельности этого замечательного человека – интеллектуала, профессора Киево-Могилянской академии, в церкви собрались католические патеры, протестанские пасторы, муллы, раввины, профессора университета и перекупки с Подола, студенты и старцы, все пришли, чтобы засвидетельствовать ему уважение. Для Глаголева не было разницы, кто нуждается в его помощи – профессор университета или перекупка. Почему? Ведь он говорил, что любовь к Б-гу – это главное и  единственное, что достойно притяжения человеческой души. Но любовь к Б-гу без любви к божьему творению – лишь пустая декларация. И ради этого служения он был готов пожертвовать жизнью.
В 1905-м на Подоле еврейский погром. Пьяная разъяренная толпа идет крушить, ломать, убивать. Навстречу выходят два человека – Глаголев и его друг, священник Михаил Едлинский. Начинают молиться. И толпа останавливается. И начинает молиться вместе с ними. Погром остановлен. Подумайте, какой смелостью нужно обладать, чтобы выйти навстречу разъяренной толпе? А какой силой духа, что бы эту толпу остановить? Вообще на этой выставке надо много думать…
Как удалось профессору теологии Глаголеву убедить присяжных в истинной подоплеке дела Бейлиса. Почему после революции судьба его была настолько трагичной? Зачем нужно было замучить на допросах до смерти человека, которым должна гордиться земля, его взрастившая. И народ, среди которого он жил. И что осталось от его трудов? Похоронен в братской могиле на Лукьяновском кладбище, труды сгорели. Осталась добрая память, мемориальная доска. И сын – Праведник народов мира Алексей Глаголев. Унаследовавший от отца главное – любовь к людям. Выросший на книгах и ученых беседах. Наверняка, как и булгаковские герои, считавшего, что жизнь так и пройдет, в тени киевских акаций… Но, увы, и для него «внезапно и грозно наступила история». Сын попа не нужен Советской власти. Самые черные работы, нужда и лишения. И – всегдашняя готовность помочь людям. Это – наследство отца. Семьям репрессированных, крестьянам в голодоморе. И евреям города Киева. Тем, кто чудом не попал в Бабий Яр. За помощь им полагалась смерть. Не только ему – всей семье. Но – не мог иначе. В церкви, в которой он служил,  остались бланки для крещения – еще один шанс спасти жизнь Других. Однажды жена Глаголева отдает свой паспорт еврейской женщине – в оккупированном Киеве это был не просто смелый – отчаянный поступок.
Следующий герой экспозиции не выходил навстречу бушующей толпе, не рисковал своей жизнью. Тем не менее, его умение бороться с судьбой, забыть свое горе ради помощи другим очень важно для осознания понятия толерантность.
Василий Ярошенко, родившийся в забытой богом слободе, после тяжелой болезни в 4 года ослеп. Какая судьба могла ждать слепого мальчика в небольшом селе в 1893 году? В лучшем случае – доля слепого бродячего музыканта. Тем более, способности к музыке у него были. Мальчика отправляют в Москву, в школу для слепых, где он получает две специальности – щеточник и коробочник. Вот предел, отмерянный ему людьми. Василий Ярошенко этот предел сломал силой своего духа. Его горизонты недостижимы для большинства зрячих людей! Он выучил эсперанто, а затем английский, французский, немецкий, испанский, хинди и несколько десятков других языков и наречий, включая самые экзотические. Он объездил пол мира. В Англии писал сказки на английском, в Средней Азии открывал школы для слепых... В 1914-м юноша уезжает в Японию, где изучает медицину, психологию, японский язык, литературу и… игру на японских инструментах. Исполняет он, кстати, украинские народные песни и делает для презентации в Японии украинской культуры больше, чем многочисленные культурные атташе. Затем его настигла несчастная любовь, после которой, вместо того, чтобы впасть в депрессию, Василий начинает писать рассказы на японском языке. И… становится классиком японской литературы. В Японии дважды переиздается его трехтомник, а в императорском дворце, по свидетельству очевидцев, висит портрет Ярошенко.  
1990 год был объявлен ЮНЕСКО годом Василя Ярошенко. Это фигура мирового масштаба! К сожалению, в нашей стране о ней почти забыли. Мы все ищем героев, которые могут стать примером...  Может быть, ищем не там?
В отличие от Василя Ярошенко, имя и подвиг Януша Корчака известны многим. Но многие ли осознают, что именно этот грустный доктор впервые провозгласил «Ребенок – не будущий человек и гражданин. Он уже человек». И, как любой человек имеет право на ошибку, на  незнание, на тайну, на собственность и на многое другое... И не многие знают фразу, сказанную великим гуманистом незадолго до гибели. Когда у него спросили: «Доктор Корчак, война скоро закончится. И Гитлер, конечно, проиграет. Что Вы будете делать после войны?»
«Как что? – ответил он вопросом на вопрос. То же, что и всегда, открою детский дом для детей-сирот. Для немецких детей-сирот»… Вопросы понимания, прощения, гуманизма – как много для их осознания делал Януш Корчак. И как мало мы об этом помним...
Следующий лик, возникающий перед посетителями – митрополит Андрей Шептицкий – духовный лидер, неугодный любому режиму. Потому, что всегда пытался отстоять права угнетенных и голодных, бедных и больных. Ради своего измученного народа он сидит в тюрьмах Австро-Венгрии, царской России,  Польши. Вызволяют его из тюрем не последние люди – Папа Римский, Александр Керенский, Владимир Короленко...
В 1939-м, когда в Западную Украину вошли Советы,  был расстрелян брат митрополита со всей семьей. Шептицкий искренне считал, что хуже, чем Советская власть быть ничего не может и поэтому приветствует приход нацистов в 1941-м. Через несколько дней он понимает, что происходит, но уже поздно – его послание опубликовано во всех газетах. Тем не менее, Шептицкий – один из немногих духовных лидеров, прямо обвинивших Гитлера в геноциде. Рискуя жизнью, митрополит спас несколько десятков еврейских детей в студицких монастырях, и лично прятал раввина Давида Кахане.

- Один из блоков выставки посвящен другой эпохе и другому поколению - солидарности политзаключенных в ГУЛАГЕ.
- И это знаковый блок. Именно здесь мы можем говорить о возможности формирования гражданского общества. Показывать, что в самых невыносимых условиях, в тюрьме и в зоне, при постоянном давлении режима, люди могут стать силой и противостоять системе. Но, только в одном случае! Если они сумеют понять друг друга! Сумеют противостоять попыткам натравить их один на другого. Именно в советской зоне, объединившись, из бесправных ЗК люди превратились в мощную силу, которая смогла привлечь внимание к своим (нашим!) проблемам и обывателей в СССР и международной общественности. 
Главная идея – взаимодействие и взаимопомощь заставляет мир измениться к лучшему. В советских лагерях сложился ведь настоящий интернационал – латыши, эстонцы, армяне, евреи, крымские татары. Только один пример солидарности. К заключенному Шепшеловичу приехала мать – пожилая женщина с больным сердцем - на единственное разрешенное в году свидание. Свидание запрещают! Украинская и еврейская молодежь в знак протеста объявили голодовку. А в зоне сложилось неписанное правило – если евреи и украинцы договорились – значит, дело стоящее - надо присоединяться. И вот уже голодает вся зона. И власти сдаются! Шепшеловичу разрешают свидание.   Кстати, голодовка в зоне, где и так вечно голодают, а работа очень тяжелая, требует огромной силы воли и силы духа...
И еще один знаковый сюжет. В лагере мучают замечательного украинского поэта - Василя Стуса. Он слишком несгибаем, слишком силен духом, поэтому уничтожить его можно двумя способами – морально – запретить писать, и физически, заморив бесконечными отсидками в карцере. Стус, конечно, все равно сочиняет стихи. До самой смерти в очередном карцере. Поэт не может этого не делать. А передать из зоны что-либо на волю практически не возможно! ЗАПРЕЩЕНО. Арье Вудка попал в зону 19-летним мальчишкой. За самиздат. Он и еще несколько заключенных пытаются наладить передачу написанного в зоне на волю. Кое-что удается. Но, увы, не всегда. А у Арье феноменальная память. Это позволило сохранить многие шедевры, созданные в лагере. Освободившись, уже в Израиле, он записал стихи В. Стуса, Е. Сверстюка, А. Резникова. Передал их в Мюнхен – в результате вышел первый сборник - «Поезія з-за колючих дротів”. Так еврейский мальчишка сумел сохранить украинскую поэзию.
А дальше – история генерала Григоренко. Или Мустафы Джемилева? Именно это нам важно! Генерала Григоренко и Мустафы Джемилева. Блестящий генерал, имел все, что необходимо для «счастья» по советским меркам. И одну явно лишнюю для «системы» вещь – совесть. Именно обостренное чувство справедливости заставляет его заниматься безнадежным делом – защищать права человека в абсолютно неправовом государстве. Член московской Хельсинской группы, организатор украинской... Борец за права крымских татар. Это в те годы, когда большая часть населения вообще о таких вещах не знала. Или не хотела знать? Власть борется с Григоренко особенно изощренно! Психиатрическая лечебница, из которой, выбраться практически невозможно. И Софья Калистратова – адвокат, тайно, от руки переписавшая медицинскую карту Петра Григоренко, молодой психиатр Семен Глузман, который осмелился сделать заключение о том, что генерал совершенно здоров. И Виктор Некрасов, который везет это заключение Андрею Сахарову. И Сахаров, дающий делу международную огласку... Освобождение Петра Григоренко – что это? Чудо? Или солидарность, слияние усилий нескольких людей, которые осмелились эти усилия проявить. И одна из последних просьб генерала – уже опального, из страны изгнанного, но с почетом принимаемого президентом Рейганом. О чем будет просить американского президента смертельно больной немолодой настрадавшийся человек? Конечно о том, чтобы помогли освободить сидящего в тюрьме борца за права крымских татар. Мустафу Джемилева. Когда открывали выставку «Истоки толерантности» в Киеве, Мустафа сказал: «Вы поймите, если бы не Петр Григоренко, не София Калистратова, не Семен Глузман, не Виктор Некрасов, не Андрей Сахаров, меня бы сегодня здесь просто не было... Я держал голодовку уже много дней. Выйти их тюрьмы у меня практически не было шансов...».
Для нас главное – именно эта цепочка людей. Которая перерезает толстые цепи, людей приковывающие. НО! Она может возникнуть тогда, когда люди научатся понимать друг друга. А чтобы понимать – надо уметь разговаривать. А еще – желательно знать язык другого...

- И здесь мы подходим к третьему блоку выставки, представляющему интеллектуальный аспект толерантности.
- Именно так. Как раз с языков этот блок и начинается. Микола Лукаш – человек, который подарил своим соплеменникам всю мировую классику.  "Декамерон" Бокаччо,  "Дон Кихот" Сервантеса, "Фауст" Гете. Поль Валери, Гарсия Лорка, Флобер. Проза и поэзия всех школ, направлений, стилей. Переводил с двадцати языков (знал намного больше). Литератор уникального дарования! И человек уникальный. И судьба...
До 4-х лет вообще не разговаривал. Это – к вопросу о критериях оценки развития ребенка. Нет, его не отправили в садик для слаборазвитых детей. В 1924 году таких в местечке Кролевец на Сумщине просто не было. Зато был цыганский табор, который расположился на краю местечка. И ребенок начал туда бегать. А потом ушел вместе с табором. А потом вернулся – обычным звонкоголосым мальчишкой, свободно разговаривающим на цыганском языке. Вот так ломаются еще несколько стереотипов. Никто никого не крал! Сам ушел, затем сам вернулся. И о педагогике – было в цыганской педагогике что-то, позволившее снять блоки, заставляющее ребенка молчать...
А потом была тяжелая жизнь и постоянные попытки спасать. Еврейскую девушку Розу – во время оккупации, от нацистов. Мадьярского солдата – от ложных обвинений в убийстве (для этого Лукаш выучил венгерский язык - чтобы помочь объясниться несчастному). А теперь можно спросить у слушателей: «Твой друг попал в беду, ты можешь ему помочь, но для этого нужно очень срочно выучить японский язык»... Много возникает мыслей! И о том, как это тяжело (даже ради друга, а тут – чужой незнакомый человек, может быть убийца, НО, может, и нет). И о том, что выучив язык можно спасти...
Николай Лукаш предлагает все новые эпизоды своей жизни. И возникают все новые вопросы. А, значит, и новые мысли! А для нас главное – чтобы люди мыслили. Вот тут неоценима последняя фигура на нашей выставке – Сергей Сергеевич Аверинцев.           Филолог, культуролог, член-корреспондент Российской академии наук, глава Российской библейского общества, академик Папской академии общественных наук, почетный профессор Киево-Могилянской академии. Можно еще долго перечислять титулы и должности. А можно просто напомнить о премии сенатора Джованни Аньелли "За диалог между культурными вселенными". Тут уже размах космический. Впрочем – каждый человек – это тоже вселенная. И каждый народ. И каждая культура. А Сергей Сергеевич это не просто понимал – нам объяснить пытался. Для него понятие «чужая культура» просто не существовало. Он чувствовал себя как дома в Византии и в средневековой Европе, его пространство – это Серебряный век и Древняя Греция. Показать человечеству друг друга и избавить человека от одиночества – вот такие вселенские цели решал (очень тихо и очень интеллигентно) этот удивительный человек. Одиночество мира, потерявшего Б-а, одиночество народа, враждебного к своему окружению, к соседям, одиночество отдельного человека – все это преодолимо! Причем с помощью СЛОВА. Аверинцев возвращает людям смысл забытых слов – а значит, возвращает Б-га. Он пытается раскрыть красоту культуры соседей и примирить их – путем ЗНАНИЯ о другом. Он понимает, что избавить человека от одиночества может только ЛЮБОВЬ. И напоминает, что же это такое... А то мы уже почти забыли... Потому, что совсем нет времени об этом вспоминать... Но, что бы полюбить – надо узнать.
И это возвращает нас к дневнику Анны Франк. «Я не понимаю, почему нацисты за мной охотятся и хотят меня убить, - писала девочка. Они же меня не знают, ведь если бы они меня узнали, то обязательно полюбили бы. Ведь все кто меня знают, меня любят – учителя, подруги, родители». Вот эта идея – узнать – понять – полюбить – стала основной для работы  лагеря толерантности, который придумал когда-то Иосиф Зисельс, и который Конгресс национальных общин Украины проводит на протяжении последних лет. В течение двух недель жители Украины разных национальностей узнают друг друга. Каждый день проживается в рамках другой культуры. Молдавской или греческой, татарской или армянской, русской или украинской и т.д. С утра – национальная музыка на зарядке, завтрак в национальном стиле, затем – творческие лаборатории, в которых можно подробнее узнать и понять культуру и религию другого народа. И все учат национальные песни и танцы. И все их вечером вместе исполняют.
А еще с утра каждый получает словарик из нескольких самых важных слов и фраз. Здравствуйте, спасибо, пожалуйста, заходите... Я Вас люблю... Те слова, которые важны для человека любой национальности, религии, возраста... Важны для того, чтобы индивидуальная, особенная мелодия каждого сливалась в гармоничную полифонию... А это – залог выживания человечества в современном мире.

- Многих удивляет, что гидами на такой серьезной выставке работают ровесники Анны Франк, то есть современные школьники.  
- Подготовка детей-гидов (их уже около 500) как и семинары для учителей истории – это составная часть проекта. Ребята учатся мастерству экскурсовода, актерскому мастерству, умению наладить контакт с аудиторией, ломают собственные стереотипы и стереотипы окружающих.
Первые экскурсии проходят во время открытия выставки в каждом городе. Надо видеть горящие глаза подростков, когда они прибегают с возгласом: «Меня слушали!». И в этом – еще один плюс проекта, ведь, к сожалению, в наше время редко кто сорок минут будет подростка. А у нас он чувствует уважение посетителей, видит интерес в их глазах. Почувствовать, что тебя уважают, понять, что ты можешь достигнуть этого путем интеллектуальных усилий – мне кажется, это очень важно для формирования личности в нашем мире. А мир, состоящий из личностей – это интересный мир.

Беседовал Михаил Дор

"Еврейский обозреватель" №№ 16/155,17/156

 

© Інститут Юдаїки,1999-2005 Дизайн  - Е. Заславская
Перепечатка материалов возможна только со ссылкой на Институт иудаики