Жизнеописание Цимберга Бориса Иосифовича

Тамара Прокофьевна Герасименко, давний член клуба Мнемосина, несколько лет была патронажным работником и волонтером в Хеседе. Однажды она спросила у подопечного, Б.Цимберга, 1916 года рождения, не слишком ли рано назначена очередная встреча. Он ответил: «Я просыпаюсь в 4 утра. Меня в лагере приучили... ». Тамара отреагировала на эту фразу немедленно. Она не только взяла интервью, но и встретилась с упоминаемыми в рассказе героями, которые были еще живы, провела огромную работу, длившуюся больше двух лет, результатом которой стало присвоение Евдокии Марковне Швыде,  более года спасавшей в своем доме еврея Б.Цимберга, звания Праведницы Украины.

Мы публикуем материал, подготовленных Тамарой Герасименко для клуба «Мнемосина».

 

Жизнеописание Цимберга Бориса Иосифовича.

Отец Цимберга Бориса Иосифовича – Иосиф-Лейбл Цимберг родился и жил в местечке Бородянка Киевской области. По профессии был мясником, имел свое хозяйство. Он доставлял мясо в воинскую часть (кавалерийский полк), расположенное в Бородянке, а так же на стеклозавод.
Мать Борис Иосифович не помнит, его воспитывала мачеха, ее звали Рахель, она была хорошей женщиной, воспитывала 9 детей.
Борис был младшим в семье, родился 25.04.1916 г. В 20-е годы семью раскулачили, но обошлось без ссылки. В 1925 г. Брат Тева и сестра Роза переехали в Крым, поселение Алчин (Артель Заря (Алчин) Болек-Аджинского сельсовета Евпаторийского района. Населенный пункт: Алчин-Фрайган Евпаторийского района. Яков Пасик. Еврейские поселения в Крыму (1922-1926). http://evkol.ucoz.com/crimea_communes.htm), недалеко от Евпатории. В 1926 году Борис с братом Сюней и сестрой Розой переехал к ним. Роза в Крыму вышла замуж.
Семья создала сельскохозяйственную коммуну, трудились не покладая рук. У коммуны появилось со временем большое хозяйство: лошади, коровы, овцы, виноградник и 10 га. земли. Агро-Джойнт помог семье построить дом и приобрести трактор «Жендир».
Затем в Крыму началась коллективизация, у семьи конфисковали крупный скот и трактор, забрали землю и виноградник. В связи с этим все члены семьи поступили на работу в МТС в колхозе.
В 1936 г. Борис, его сестра Роза вместе с мужем, а также брат Тева переехали в Киев.
Сестра Клара вместе с мужем по комсомольской путевке поехали в Москву на строительство метро. Остальные члены семьи к началу войны переехали в Киев.
Отец с Рахелью погибли в Бабьем Яру. Брат Сюня, офицер Красной Армии, погиб на фронте. Сестры и брат Тева эвакуировались.

Далее рассказ от имени Б.И. Цимберга.

В 1937 г. я был призван на действительную воинскую службу. Служил в железнодорожных войсках на Дальнем Востоке (станция Оловяная  (станция Оловяная -  Оловяннинский р-н, Забайкальский край.https://ru.wikipedia.org/wiki/%D0%9E%D0%BB%D0%BE%D0%B2%D1%8F%D0%BD%D0%BD...)

В 1939 г. вернулся в Киев. Я работал в мастерских НКВД по ремонту машин, по адресу Набережная Никольская 10.
Когда началась война, я имел бронь, но пошел добровольцем на фронт. Служил наводчиком в танковых войсках. Осенью 1941 на Полтавщине мы попали в окружение. Начальство уехало на машинах, а мы сами пробирались к линии фронта. Товарищи, с которыми я пробирался, были русскими, один из них был смертельно ранен и вскоре умер (он был киевлянином). Я взял его паспорт и решил зайти в Киеве к его родителям, чтобы рассказать, где похоронен их сын.
Киев был уже захвачен немцами. Я добрался до Дарницы, затем у подорванного моста показал дежурившему фашисту паспорт покойного, как свой собственный. Затем на лодке перебрался на правый берег. Зашел к семье погибшего друга, а затем пошел к себе домой. Отец с мачехой уже погибли в Бабьем Яру.
Соседи, увидев меня, испугались, умоляли поскорей уйти. Я опять вернулся в Дарницу и смог уйти из Киева. По пути я встретил четверых ребят, пробирающихся из окружения. Вместе мы шли лесами, обходя населенные пункты, ночуя иногда в лесу, иногда в скирдах сена. Однажды пришлось несколько суток отсиживаться в болоте. На ногах от бедер до ступни образовались язвы, брюки были пропитаны кровью и гноем, идти было невыносимо трудно.
Однажды рано утром нам повстречался пастух. Он указал на большое село, которое с одной стороны еще не было занято немцами. Это была уже Сумская область, село Большая Шиловка, Буринский район. Мы разошлись по разным дворам, чтобы покушать и по возможности переодеться и двигаться дальше, к линии фронта.
Так я оказался в семье Заводской Дарьи Ивановны. Дарья Ивановна проживала вместе с тремя дочерьми.
Швида Евдокия Марковна – 1912 г.
Швида Марина Марковна – 1919 г.
Капустина Оксана Марковна – 1923 г.

Муж Оксаны был на фронте, погиб. Марина в начале 1942 г. была угнана в Германию на работы, возвратилась в 1946 году. Оксана в 1943 г. практически потеряла зрение.
Марина после возвращения стала инвалидом, у нее тоже были проблемы со зрением.
---------------------------
Т. Герасименко. Из разговора со Швидой Евдокией Марковной:
«Він зайшов до нас такий страшний, у крові і впав, а мати кажуть: «Жаль людину, німці подумають, що партизан і застрілять. Нехай залишається у нас».
---------------------------

Со слов Бориса Цимберга:

Село за день-два было полностью занято немцами.
Так я остался в селе. Окружающим говорили, что я уроженец Крыма, я немного знал татарский язык.
Племянница Завадской Дарьи Ивановны, Галя, жила на другом конце села. Галя пришла к Дарье Ивановне и сказала, что все у них знают, что я – «юде».
Тогда всей семьей решили обратиться к бывшей учительнице немецкого языка в сельской школе. Она работала переводчицей в комендатуре. Дарья Ивановна и две старшие дочери были безграмотными, школу посещала только Оксана. /Так сложилось, что до войны у всей семьи были хорошие, добрые отношения с учительницей. Ее имя, отчество и фамилию в настоящее время никто вспомнить не мог/.

Дарья Ивановна с дочерями приходили домой к бывшей учительнице и просили «якийсь документ для нашого постояльця». Заводская Д.И. сначала приходила с Оксаной, затем с Евдокией, затем одна Дарья, затем одна Евдокия.
Обращаться к учительнице было рискованно, война меняет людей, но другого выхода не было. Если бы учительница рассказала обо всем коменданту, то расстреляли бы меня, как еврея, а семью – за укрывательство. Тем более, что в селе, в колхозном саду расстреляли коммунистов, комсомольцев и активистов, и семью евреев, живших в селе.

По рассказу Евдокии Швиды: «Их всех заставили рыть ров для общей могилы. К вечеру начался расстрел. В еврейской семье был паренек лет 16 (Е. Швида называла его «дитина»). До казни его запрягли в телегу и заставили ездить по селу и возить бочку с водой. Его имя и фамилию Е. Швида и Б. Цимберт не помнят. Подросток каким-то чудом успел прыгнуть в ров до того, как начался расстрел.
К ночи, когда все стихло, он вылез из рва, прополз к ближайшей хате. В ней жила женщина, у которой в соседнем селе расстреляли сестру комсомолку.
Приговоренных к казни заставляли снять верхнюю одежду. Было холодно – ноябрь или декабрь.
Подросток заметил, что в одной комнате хаты сидели по лицейские и играли в карты, а в другой комнате была хозяйка хаты. Паренек подождал, пока она подойдет к окну и знаками поманил ее во двор. Он был в трусиках и майке, босой, попросил что-нибудь тёплое из одежды. Она пообещала вынести одежду, но сама вызвала из хаты полицаев. Паренька расстреляли прямо у нее во дворе»                                                                           

По рассказу Евдокии Швиды
Бывшая учительница посочувствовала, затем решила рискнуть, выкрала бланк для оформления «аусвайса», и заполнила его на имя Бабиченко Николая Ивановича.
Когда комендант был пьян, она занесла ему на подпись и печать стопку документов, среди которых был аусвайс на имя Бабиченко Николая Ивановича, уроженца села Большая Шиловка, год рождения – 1915.
Интересно, что соседи, жившие вблизи –-- семьи Завадской-Швида молчали о «родственнике», а жившие подальше четырежды доносили в комендатуру, что в селе проживает «юде», «еврейчик».
Потому полицаи подходили с проверкой. Цимберга Б.И. спасал аусвайс.
Так Цимберг Б.И., под фамилией Бабиченко Н.И. стал жить на оккупированной территории. Немцы под угрозой расстрела заставили всех трудоспособных мужчин работать на железнодорожной станции и каждую неделю отмечаться в участке комендатуры. Цимберг прожил в селе 1 год. 3 месяца.

Сумская обл. была освобождена от фашистов в декабре 1942 года, или в январе 1943 г.
Цимберт обратился на призывной пункт для продолжения военной службы. Была тщательная проверка в Харькове. 2 месяца, пока длилась проверка, Цимберга Б.И. определили в автопарк по ремонту и сборке машин.
Дорогами войны Цимберг прошел Украину, Польшу, Чехословакию, Венгрию, закончил войну в Германии. Был награжден орденом Отечественной войны II степени, медалями.

-----------------------
В 1946 году он вернулся в Большую Шиловку. В селе к этому времени шли процессы по выявлению предателей Родины и их пособников. Были доносы. Учительница немецкого языка после войны была репрессирована за пособничество фашистам. Ее мужа расстреляли (хотя он не служил в полиции и не сотрудничал с фашистами). Судьба учительницы неизвестна.
Судили полицаев из жителей села.
Против женщины, донесшей на еврея-подростка, поднялось село, ее назвали «вбивцей дитини» и настояли на суде над ней. По доносу был арестован Борис Цимберг.
(Дальше его прямая речь)

Трибунал в г. Сумы в 1946 г. обвинил меня в измене Родине. Обвинили потому, что я, давший воинскую присягу, попав в окружение, и не сумев пробраться к линиям фронта, должен был застрелиться, а не находится на оккупированной территории и, тем более, работать на немцев даже под угрозой расстрела. По приговору трибунала я был лишен всех наград и осужден на 10 лет лагерей «за измену Родине».
Лагерь был под Магаданом – 401 км.
Я был досрочно освобожден в 1953 году. Не реабилитирован, награды не вернули.
После досрочного освобождения хотел официально оформить отношения со Швидой Евдокией Марковной, у сына моя фамилия, но она хотела, чтобы я остался в селе, а я хотел вернутся в Киев. Поэтому брак не состоялся. Сын Толик проживал у меня в Киеве с 14 лет. До этого я часто навещал сына и Евдокию Марковну.
В 1954 г. я женился. Родилась дочь.
В последствии жена с дочерью выехали на жительство в США.

Повторно я женился в 1980 г.
Когда Толик подрос и решил женится, Евдокия Марковна продала все, что имела в селе и купила молодым квартиру, переехала жить к ним.
Анатолий – ликвидатор-чернобылец. Долго болел, умер в 1997 г.
 

--------------------------
Встретиться мне, Герасименко Т.П., с сестрами Швиды Е.М., проживающим в с. Большая Шиловка не удалось. У Швиды Е.М. была неплохая память, хотя некоторые факты она забыла. Мне сказали, что у ее сестер серьёзные проблемы со здоровьем и памятью.
----------------------------

Данные о спасении семьей Завадской-Швиды Цимберта Б.И. были переданы в Израиль, в институт Яд-Ва-Шем. Швиде Е.М. было присвоено звание «Праведник Украины».
Яд-Ва-Шем прислал письмо, в котором просили указать конкретные фамилии, имена, даты.
К сожалению, ни Цимберг Б.И., ни Швида Е.М. этого выполнить не смогли.

-----------------
Была выдана справка №0030298 от 15 июля 1953 г об освобождении из лагеря АВ-5.
-----------------

Записано со слов Цимберга Б.И., Швиды Е.М.

Материал подготовила Тамара Прокофьевна Герасименко            
октябрь 2016 г.

Компьютерный набор – Ева Смилянская

Вам нравится этот материал? Поделитесь им с друзьями!